* * *

Ни памяти, ни судьбе, ни сердцу и ни уму,
а только желания златорунная полудремота.
Консьержка мне скажет: много вас ходют к нему,
а ты мне понравилась отчего-то.

Как Крамаров с Крамаровым встретимся в весеннем метро
и что уж теперь мне ревности самоцветная ересь
Если б мы вдруг были счастливы, если б нас замело,
мы что-нибудь бы придумали, мы бы как-нибудь отвертелись.

И нас не спасли бы ни письма бушующим шрифтом
ни эти несколько суток косвенного накала
ни то, как мы в землю вросли каменным Климтом
а наши возлюбленные летят над нами Шагалом.