* * *

Ну, жирафствуй! Я в наш город вернулась.
Я смешная в этой кожаной куртке.
Из-под ног выскакивают кулицы
и вспархивают переутки.
Мы живем в Москве. Мы – Москиты,
впившиеся в Красную лошадь.
Оставляю все медвери открытыми
и волкна тоже.
Я на зебрах на пишу своё кредо.
Лишь на заячьих листочках капустных.
Мы змеёмся каждую среду,
но зато по четвергам мангрустно.
Раньше буйвольски хотелось анархий,
а теперь глаза от кротости узкие.
Расскажи мне про мои щёки хомягкие
на языке кенгурусском.
2.
Выбегу из прибоя
в стрикозах, прилипших к телу.
Море с крыльями моли.
Наш кораблик покрашен белым.
Тюлени на льдинах окон.
В щёлочку видно моллюстру.
Мне без тебя ольдиноко.
Укроль меня листочком капустным.
Мы оттого и дышим,
что нарасчерепашку души.
Лежу у тебя подмышкой,
всех законов нарушка.
3.
Апрель произошел от мартышки.
Нельзя ведь без обизьянов.
Совесть в болевых мышек
впивается когтями рьяно.

Зачем телефонячьи ласки
и голос пингвиноватый?
Облезла на мечте краска,
а краблик был парусатым…
Любовь – плотина и кровля,
Иначе говоря – бобродетель.
От краблика ничего, кроме
Клеше не оставил ветер