* * *

В Одессе спрыгнула с поезда, стриженная как Бретт,
ты подхватил меня на руки, купил обратный билет,
спросили у метрдотеля “А как в ноябре вода?”
“Дамочка, вы зайдёте — согреется навсегда”.
В парке вели ремонт, и парк был всклокочен и дик,
шумел под дождём Потемкин, завёрнутый в целлофан,
лестница вместо Пушкина бежала в морской тупик,
и наш кипятильник в кружке светился как талисман.
А чёрные сани моря летели на нас из тьмы,
и чёрные тучи неба врывались в наши глаза,
но самое страшное в городе были конечно мы,
и я про это подумала, а ты об этом сказал.